March 16th, 2010

Апология странного

«Ебанутость» совсем даже не глупость, как-то я отстаивал достоинства этой штуки. По финалу, по голому результату – может быть, даже весьма и глупость. Но там варианты. Например, это глупость, но с умом изобретенная. Или глупость, но с умом практикуемая. Странность, причудливость и не типичность – облагораживают.

Семинары о стыдном

Не так важно, о чем, сколь важно, как. Можно ведь и явные слабости преподносить с позиции силы. Положим, у человека некая болезнь, огрех, дырка. Руку ему отрезало. У нас ведь как принято? Либо ищут жалости: ой, люди добрые, посмотрите, как мне, такому сирому… Либо понтуются своей дыркой: да у меня, сука, опыт жизненный, да кому руку не отрезало – вообще не мужик, жизни, сука, не знает. А как можно презентовать слабость – силой? Да банальным, спокойным менторским тоном: «а хотите, я расскажу, как руки-то отрезают? У вас такого опыта не было, а мало ли, вдруг кому интересно…». И спокойно лекцию прочитать. Понятно, что про руку – метафора. Но именно таким лекционным тоном люди должны рассказывать, например, о своих судимостях. Об алкоголизме, о наркомании. О сексуальных каких-то странностях. Вообще о боляках, физических и душевных. «Я, конечно, понимаю, что ничего хорошее в неврозе нет, но смотрите, какая любопытная у меня симптоматика». Ну и это почти уже здоровье. По крайней мере, эрзац весьма убедительный. Я именно так пытаюсь рассказывать. И от других бы хотел.

«Стройка отношений»

Как-то заявлял, что не приемлю само понятие «строить отношения». Мол, мужчина и женщина должны строить, и даже друзья-подруги должны, и т.д. Тут надо пояснить. Потому что рефлексировать, торговаться, принимать законы совместного мира – очень даже. Это интересно. Но давайте я определюсь такой тавтологией: это интересно ровно до той поры, пока это интересно. Здесь не должно быть элементов боли и надрывного усилия, и прогиба, и тонкой манипуляции, и засадного полка на Куликовом поле. Как только появляется постоянная боль и не менее постоянный засадный полк – пиши пропало. Историю можно сворачивать в рулон, и передавать управление ликвидкому. Возможно, таким образом я не романтичен и слабоволен. И тем не менее. Именно оно я почитаю здоровым инстинктом, и если сам грешу супротив – знаю, что грешу: то есть сугубо я болен, не мир такой. Меня на хрен, не кого-либо. А все правильное дается естественно, как дыхание. Можно прощать, можно чуток грустить. Нельзя пыхтеть, уговаривать и насиловать спонтанный порядок. В бизнесе, наверное, можно. В политике. В любви и дружбе – нельзя.

Умно, зло и весело

Есть такая поговорка, что чел должен быть умным, злым и веселым. Очень даже поговорка: умная, злая и веселая. Такую чудную имманентность формы и содержания просто грешно обойти мимо, так что – чуть растечемся, мыслию по древу.
На наш взгляд, все три слова здесь с привкусом, это не совсем обыденное их разумение. Умный не значит непременно говорящий умное. Любой мыслящий, конечно, уже умный, но не любой умный – мыслящий. Грустный вывод для нас, дискурсивных крыс, но это так.
Злой не значит плохой, вредный. Плохой это значит вредный с позиции любой надсистемы. Как говорил один литературный персонаж про других, не менее литературных: «хороший он мужик, только зачем родился?». Вот если незачем, то плохой… А злой это просто заряженный негативно. Что вовсе не означает плохости. Солдат злой. Разведчик злой. Писатель, как правило, злой. Политик. Рок-музыкант. Все они, так или иначе, партия войны, и главным пафосом имеют скорее не терпеть нечто плохое, нежели обожать что-то хорошее. Ну и нормально. Главное, чтобы все это было встроено в мир по божеским понятиям и людским законам.
А веселый вовсе не обязательно должен рассказывать анекдоты или тем паче быть настроенным позитивно. Он не должен ждать, что все закончится хорошо. Подлинная онтологическая веселость имеет другой пароль: «да срать, чем оно все закончится!». Делать все, чтобы закончилось хорошо – но не ждать того. Беззаботность не только не сводима к оптимизму, но и противоположна ему. Ждать, что все закончится хорошо, что люди будут добры и справедливы, а русского человека равно сильно обожают по обе стороны Пиренеев – как минимум, глупость. А ее не надо. Да плевать, как оно. Делай, что должен, и будь, что будет. Стоики могли сойти за веселых ребят.