January 9th, 2009

Апология антирейтинга

Не надо бояться «антирейтингов». Доверяете вы скорее Иксу или не доверяете? Симпатичен вам Игрек или скорее несимпатичен? У большинства людей, которые хоть что-то делают, что-то представляют собой и осмеливаются быть, рейтинг быстро уходит в минус. Будь то Анатолий Чубайс или Эдуард Лимонов. Из 1000 наугад взятых соотечественников большинство таким скорее не доверяет, скорее не симпатизирует и т.д. Подлинные исключения на самом деле редки. Ну там Юра Гагарин (хотя он-то как раз ничего особо не делал). Или Пушкин, Достоевский, Толстой, прочее «наше все». Хотя если бы большинство представляло, кем те реально были, «наше все» ухнуло бы в зону такого недоверия, что Чубайсу и не снилось (пара кое-каких писем того же Пушкина, и обыватель его возненавидит).
Так вот: неважно. Роляет только положительный рейтинг, причем дифференцированный (важно, кто именно тебя ценит и насколько). Антирейтинг – утешение дураков и лохов. У коих, разумеется, никакого антирейтинга быть не может.
Реальный политик плюют на антирейтинг, философ тоже плюет. Базовым инстинктом понимая, что важно, а что не очень. "Меня ненавидят? Следовательно, я существую, и уже этим прав". Как-то так.

Долги и хотелки

У многих странные представления о «силе воли». Стиснуть зубы и терпеть. Всю жизнь – со сжатыми зубами. То есть выбор между «долгом» и «хотелкой» в пользу «долга», и так каждый час, всю жизнь. Но слишком часто твой священный долг - всего лишь хотелка кого-то иного. Может быть, хотелка ближних, может быть - давно умерших людей и народов, может быть, всего лишь стечение обстоятельств. Так может быть, на фиг, а? Набраться наконец окаянной воли, чтобы позволить себе, помимо всего прочего, слабоволие?

Власть над волей

Возвращаясь к «сильной воле»… Есть простой способ быть волевым в собственных глазах. Там в чем фишка? Есть несколько вариантов поведения. Умом фиксируется, что правилен некий из них. Сознание кидает голос за него, но помимо сознания в избирательную урну каждую секунду кидается много чего еще от кого еще. Тоже бессознательное, наконец. Если финальный выбор совпадает с мнением, что кинуло в урну «сознание», человек считается с сильной волей. «Он себя переборол». Если выбрано и сделано что-то иное… ну ясен пень, слабак. Так, например, если у человека в башке записано, что пить плохо, а он таки бухает, то у него нет выбора, кем себя понимать – слабаком, конечно (забавно, что если в голове записано, что «настоящий мужик должен бухать», а нашему персонажу отчего-то не бухается, он будет переживать – ровно по тому же принципу). Если ум знает, что жене нельзя изменять, а как-то само собой изменяется – слабая воля, а как же? Но если в голове вдруг написано, что изменять как раз полагается, а вот почему-то не удается – приговор тот же: не хватает воли жить, как считается нужным.
Еще раз: в просторечии нашем «сильная воля» не более чем выписанная «лицензия от ума» (в случае если он есть – собственного, но обычно ума общественного). Добился лицензированного поведения – силен.
А как его добиться? Collapse )