?

Log in

No account? Create an account

Критика нечистого разума

Previous Entry Share Next Entry
Неуязвимая теория - это мусор
metasilaev
Непристойное предложение. – По правилам положено подставляться. – Профессиональные убийцы гипотез.



       Отчасти  это поясняет предыдущий пост. Что роднит конспирологию, мистику, психоанализ, биржевую аналитику и т.д.? У сомнительных вещей много схожих черт, здесь мы остановимся на одной - обычно это нефальсифицируемые гипотезы. В смысле Карла Поппера. Эти построения, как правило, не сообщают условия своей опровержимости. "Если случится то-то и то-то, считайте, что я ошибся". Там будут выкручиваться до последнего. "Мировое правительство скорретировало планы", "рынок изменился", "неисповедимы пути Господни", и т.п. Нет стенки, к которой эта публика в их собственном понимании может быть прижата. Им кажется, это удобно. Мне кажется, что это конец проверки, помещенный в самой начало. Если модель нельзя опровергнуть - это не модель, а мусор.

       Почему так важна фальсифицируемость наших гипотез? Потому что если ее нет, гипотеза никак не связана с миром. Она произвольна. На ее месте может быть что угодно при условии, что кому-то почему-то так хочется. Если мы считаем, что «Иксы негодяи», но при этом не раскрываем условия, при которых мы передумаем, то про Иксов можно подумать вообще что угодно – например, что это летающие бессмертные существа. Если мы вне зоны проверки, мы свободны и открыты любому бреду, лишь бы нам нравилось.

       А теперь сравните, каково соотношение полезных, сильных гипотез на некую тему – и каких угодно вообще. Подумать что угодно, и чтобы оно оказалось лучшей гипотезой – все равно что ловить преступника, наугад сев на любую скамейку в городе: возможно, он сейчас сядет рядом, ведь это не исключено – раз, а скамейка нам нравится по каким-то своим, далеким от криминалистики мотивам – это два. Но это чушь, преступников так не ловят. И сильные гипотезы тоже. 

       Если непонятны условия опровержения теории, и при этом предлагаешь ее принять – это просто непристойное предложение. Нельзя так не уважать людей.

       Не обязательно прописывать специально «я изменю свое мнение, если…». Но это должно быть понятно. Например, вот данный текст, который сейчас перед вами – как обстоит с ним? Очень просто: речь в нем о правилах эффективности мышления. Я готов немедленно взять свои слова обратно, если будет доказано и показано, что более эффективен способ, поступающий наперекор этим правилам. Что люди, мыслящие наоборот, в среднем чаще достигали бы успеха. Отдельные случаи, конечно, не считаются. Ссылками на отдельные случаи можно обосновать любой бред. Покажите на корректной выборке, что это не работает, и я… нет, я не обязуясь распечатать файл на принтере и прилюдно съесть (боюсь, это невкусно), но обязуюсь всячески, как могу, откреститься от плохой идеи и пресечь распространение.

       Видите, я очень легко подставился – как и следовало. А теперь попробуйте зайти, например, в любую церковь любой религии и спросить, какое событие в мире, какой факт заставили бы священника (или кто там за него?) поступить схожим образом. Или попробуйте зайти в любую партию и спросить любого политика. Между тем любой нормальный ученый (и шире – любой рационалист) всегда подставлен целиком и полностью. Их это не смущает. Смущало бы, если это было не так.

       Также повторю: теория должна быть жесткой, в единственном экземпляре, без вариаций. Если там все можно поменять, и будет столь убедительно, как и раньше, и ничего не захрустит, то значит, мы опять занимаемся произвольной блажью. Снова ловим преступника, сидя на самой симпатичной (или первой встречной) скамейке. Снова ищем клад, тыкая пальцем в карту. 

       При этом ученый не столько тот, кто рождает гипотезы, сколько тот, кто их убивает, часто даже не замечая. Чтобы одна гипотеза родилась, куча альтернативных идет на аборт. Любой рационалист функционирует схожим образом. Выбирать лучшие идеи подразумевает «не держаться за них любой ценой».

       Пока теория не доказана как лучшая из известных на эту тему, мы описываем мир без нее. Мир будет не такой интересный, но больше похожий на себя. Мировоззрение, чисто выбритое бритвой Оккама, не умножает сущностей без нужды.

       Бремя доказательств, разумеется, всегда на том, кто доказывает. Отсутствие свидетельств – это всегда свидетельство отсутствия, иначе все утверждения обладали бы равным весом, например «земля имеет форму чемодана» - почему бы и нет?

       Но это еще не все. Одних положительных свидетельств мало. Ищи не столько то, что подтверждает теорию, сколько то, что опровергает. Именно так подтверждают сильные теории – ломая об них копья и зубы.

       Что значит – ищи опровергающие свидетельства? Вспомним известный пример, преподаватель пишет на доске: 2, 4, 6. И предлагает студентам угадать правило, по которому он выписал числа. Перед тем, как дать ответ, можно поставить эксперимент: предложить свои числа в ряд, и спросить, подходят ли они. Что будет делать нормальный человек? Он заметит, что каждое следующее число больше на 2 (это сложно не заметить). Студенты, как нормальные люди, чаще всего предлагали 8 и 10. Да, они подходят в ряд, отвечает преподаватель. После этого студенту все ясно и он озвучивает версию: ряд получается добавляем двойки к последнему числу. Нет, не верно. Правило другое: просто ряд чисел по возрастанию.

       В чем ошибка? Студенты искали подтверждающих свидетельств. А стоило сыграть против версии, поискать опровергающих. Например, сказать не 8, а 9. Или 99. Преподаватель бы сказал «подходит». Все, версия умерла. Но взамен получаем более широкую версию «числа по возрастанию». Но надо проверить и ее. Может быть, там случайный ряд целых чисел? Говорим «1» или «-1», нам говорят «не подходит», и мы почти у цели. Также проверим, подходят ли дроби. Не так много вопросов, чтобы найти ответ, но спрашивать надо правильно.

       Так работает рациональное познание. Так устроена наука,  также устроен, например, биржевой трейдинг. Когда вы пишете алгоритм торговой системы, вы начинаете с некой гипотезы. «Если делать так-то и так-то, будешь в прибыли». Но это полдела. Оформив гипотезу, начинаете подвергать ее испытаниям. Стараетесь честно. Как будто вам платят, если вы ее опровергните. И если старались честно, возможно (но гарантии нет никогда) это сработает.

       Понятно, что одни теории нам все равно чем-то милее других. Мы игнорируем альтернативы, подгоняем под ответ, и т.д. Мы люди, но с этим можно что-то поделать. Правильное познание это как бы принцип трех К: конкистадор (не бойся ввязаться, чтобы это стало личным делом), криэйтор (не бойся вообразить что угодно), критик (не бойся отнестись к ошибке как к ошибке). Тяжелее всего с третьим К.