?

Log in

No account? Create an account

Критика нечистого разума

Previous Entry Share Next Entry
Левая закавыка
metasilaev
Начнем с того, что Гитлер мог себе позоволить честность, а вот Сталин, например, нет. Дело не в том, кто лично хороший и кто плохой, дело в потенциях занимаемой позиции. А честность понимается очень просто – примерное совпадение того, что думается, говорится и делается. В этом смысле честность была бы несовместима с эффективностью на посту любого лидера СССР, и все они, как реальные политики, выбирали эффективность. Так, Сталин изводил коммунистов под корешок, и знал, что изводит настоящих, подлинных «наследников дела Ленина», но сказать, конечно, не мог. Все политики к 1918 году, от Колчака до Троцкого, были так или иначе операторами международных сетей влияния («шпионами»), но сказать, конечно, нельзя. Брежнев не мог рассказать, о чем именно он договорился с Никсоном, и какое отношение к коммунизму имеет его строй, т.д. Лидер любой правой диктатуры вполне мог практиковать вот эту тождественность: делаемого, говоримого, думаемого. Наполеон мог. Да и какой-нибудь Пиночет.
Вообще, левым тяжело. Провозглашать ценности, плохо совместимые с доминированием, и при этом доминировать. А значит, постоянно выписывать себе индульгенции. То есть деньги, конечно, бяка, в будущем денег не будет, а у подданных социалистических правительств денег не будет прямо сейчас, но у нас они будут. Что за Коминтерн без бабла? Воля к власти это тоже бяка, но мы будем рвать этот мир зубами (а у подданных социалистических правительств – выбивать те самые зубы, ибо рваться к власти неприлично). Обманывать вообще-то нехорошо, но нам, в виде исключения, можно.
Правому что? Ему проще. Он денег и волю к власти не отрицал. В этом смысле его деньги всегда честнее, равно и алчность, к оным ведущая. А вот крупная частная собственность, записанная на руководство КПРФ... А что за руководство КПРФ – без собственности, а? Не лохи, чай.
Способ левому сохранить нравственную девственность – не заниматься политикой. Иначе вопрос «откуда у тебя деньги?» пробивает навылет. Ответ на него – или тишина, или истерика, или явка с повинной.
Так и ходить между Сциллой мечтательности-бессильности и Харибдой вдевалова-разводилова. Предпочтение одного из чудищ делит левых политиков, а равно левых мыслителей и просто левых товарищей на два столь разных подвида. Нет, можно и сочетать. Взяв каждого греха по полпорции.
Можно сказать, правая идеология – концентрат жестокости, левая – концентрат неправды. Очень разной, на любой вкус. Для идеалиста, для циника, для прохожего, и т.д.


  • 1
Мне кажется, что Вы напрасно ассоциируете политиков с той или иной идеологией. Старая добрая либерально-буржуазная правая идеология очевидно состоялась. Левая - это пока вообще непонятно что. Вряд ли Сталина можно отнести к левым, скорее его можно отнести к практикам, готовым использовать любую идеологию и любые лозунги для решения конкретных задач момента. Идеологии живут сотни лет, политики - 1 или два десятилетия активной деятельности. Масштаб просто несравним. Наполеон откровенно презирал и представителей крупной буржуазии и левых крикунов из Конвента. Когда он мог себе позволить проявление чувств, то мог себе позволить и правду. Но уж точно ни Наполеон ни Пиночет не могли себе позволить дразнить буржуазию, когда остро нуждались в ее поддержке. В политике вне зависимости от того как позиционирует себя актор, часто правда является признаком слабости. С другой стороны левых также нельзя упрекнуть в недостатке жестокости.

В чем и закавыка, что неправда жестокость не отменяет, а видоизменяет в странное. Образно говоря, правый социум - это где волки дерут в кровь зайца. А левый - это наоборот. Зайцы дерут волков, или, точнее, какое-нибудь чудо-юдо от лица зайцев. Волк в заячьих шкурках, этакий Большой Зай, может быть. Где шкура - тоже оружие.

  • 1