?

Log in

No account? Create an account

Критика нечистого разума

Previous Entry Share Next Entry
Пыль на верхней полке
metasilaev
Когда-то в прошлом веке один добрый человек сказал мне, что литература, мол, умирающее искусство. Я тогда не поверил. Читал книжки, какие-то книжки писал сам. Книжки те даже печатались, шло время. И вот наконец пришло время более-менее согласиться с тем человеком.

Тут надо сразу оговориться. «Умирающее искусство», вообще слово «умирает» - слова слишком сильные. Точнее сказать это мягче: «отходит на второй план», «сдает лидирующие позиции», «занимает скромное место в углу культуры». Как-то так. Но как Главное Большое Искусство, первым людям которого стоят памятники в любом крупном городе – в этом качестве оно умирает, да. До конца не умрет. Некогда сильно живое может помирать долго, и первое время про это даже не догадаются.

Выяснения отношений на литературных форумах более всего напоминают свару в детских песочницах. Смотришь и дивишься. Ощущение какой-то странной озлобленности вроде бы интеллигентных людей, производной, как вариант, от неизбывной маргинальности почти всех собравшихся. Ресентимант, как выразился бы Фридрих Ницше, злобность как реактивность того, что не может быть подлинно созидательно. Когда количество неудачников на условную единицу пространства зашкаливает, собравшимся сложно дискутировать иначе, чем воплем, и доказывать что-либо иначе, чем нервным срывом.

Если литератору Васе не нравится литератор Петя, то почти никогда мы не встретим ни рецензии, ни анализа и прочего синтеза – встретим визг, что Петя бяка и пука… Оба, с вероятностью за 90%, неудачники в каком-то банальном социальном смысле, и не менее банальном экзистенциальном. Делить-то им нечего. Ладно, когда зло ближнему творят, потому что он заслоняет тебе чемодан денег или недвижимость. А когда предмет дележа исключительно куличик в песочнице, да и тот, по большей части, воображаемый… Впрочем, именно то и создает атмосферу. Ресентимант, скажем мы ученое слово, чтобы не материться зря. Для сравнения: на экономических сайтах анонимные пользователи почему-то, как правило, общаются по делу и без истерик.

Впрочем, хватит говорить картинками. Если предмет разговора судьба некоего художественного порядка слов, то и обсуждать это надлежит теоретически, ботая сугубо по дискурсу. По дискурсу будет примерно так: «не находя имманентных способ усиления рецепции, литература уступает иным формам репрезентации реальности, более эффективным технологически».

Теперь тоже самое, но по-русски. «Литература отходит», - говорит мне писатель Виктор Ерофеев, и я согласен. «Писатели у нас сейчас, может быть, сильнее, чем в любой другой момент двадцатого века», - говорит писатель Михаил Успенский, и я согласен опять. Кризис литературы есть кризис не писателя, а читателя. Сам начинающий литератор со своими куличиками как раз может быть талантлив, и ни в чем не виноват, кроме разве того, что купил билет на тонущий корабль, и даже занял каюту, а вот, смотри-ка… Кризис именно в читательском интересе. Пирог славы, который могли делить писатели, существенно уменьшен касательно прошлого века. Ну, допустим, если раньше «читательский интерес» был равен условным 200 баллам, то сейчас 100, а будет 50. А у кино, положим, уже 500, а у музыки 300, а у компьютерных реальностей 200, и это только начало. Если уж совсем в простоте: писателей все больше, а читателей меньше. И этот фокус, кажется, необратим.

Если говорить совсем уж начистоту: все меньше оснований у современного человека взять в руки прозу, мы уже не говорим про поэзию. Нет времени читать длинные выдуманные истории. Хочешь энергии – вруби музыку. Хочешь яркой картинки – включи киношку. Хочешь актуальности – есть блоги, есть СМИ. Хочешь, наконец, смысла? Иди, читай философию. Спиноза не устарел за почти 400 лет. В литературе же нет сил на творение новых форм, кажется, что там все завершено: в лучшем случае у автора получится повторить, как было, но возможности выдачи новых эталонов и манер письма почти исчерпаны. Внутренней энергии нет. А технологические усилители, поставляемые 21 веком, усиливают что угодно, но не роман, не рассказ и не стихи.

Та литература, которая сейчас сильна, не очень-то литературна. Те же Пелевин, Сорокин – замечательны, но есть ли там вообще «персонажи»? Можно ли «сопереживать герою», к примеру? Вопрос риторический. Персонажи Пелевина – наверное, главного русского писателя на сейчас – не более чем картинки к мысли. В этом плане Виктор Олегович прежде всего мастер концепта, дающий фору политическим колумнистам (если пишет чего про матушку-Русь) и религиозным мыслителям (если пишет, положим, о структуре сознания). Но в традиционном смысле это не столько литература, сколько речь блестящего лектора, из сострадания к темной аудитории почти целиком состоящая из «примеров».

Второй путь – миграция литературного слова куда-то в сторону очерка да репортажа. Это когда «что вижу, то и пишу». Разные молодые авторы, выстреливавшие вверх за последние десять лет (Стогов, Денежкина, Шаргунов и другие) – это авторы, который сами себе персонажи, и тем сильны, ибо искренни. Вроде как лирический герой в бессмертном «Это я, Эдичка». Опять-таки, все молодцы, но пределом такого повествования будет очерк про то, «как мы вчера с пацанами» или же запись в блог про то же. А традиционно-неспешное повестование в режиме «Иван Петрович проснулся, и, ощутив некоторое недомогание, вспомнил о вчерашнем, и досада, охватившая его» - кому это, куда, зачем?

Стоит ли переживать? Понятие «слова» шире понятия «художественного текста». Исчерпавшись в одном месте, слово начинает работать в иных местах. На ту же музыку, кино, эссеистику. Судьба слова как-то более связаны с судьбой самого человеческого проекта. Вымышленные истории тоже не испарятся - останутся на почетном месте, на верхней полке культуры, там будет немного пыльно. Туда будут реже заглядывать, но это не катастрофа.
Tags:


  • 1
все правильно, но нет ничего комичнее человека КОТОРЫЙ ПИШЕТ В СВОЕМ БЛОГЕ:
я мол, худлит не читаю, и вообще презираю, бо считаю что толку от него никакого.
ну я рад, что оный человек перестал пить коньяк по утрам, мораль-то где?

Вы реально полагаете, что я презирая худлит, и это все, что я хотел сказать?

Здравствуйте!

"Второй путь – миграция литературного слова куда-то в сторону очерка да репортажа. Это когда «что вижу, то и пишу»." У Гришковца репортажи и очерки хороши. Стихи... хм... когда он начинает простраивать сюжет из мелких обидок, задаёшь вопрос: "Почему ты не идешь к психотерапевту?"

С уважением, Наташа.

Нет разницы, из чего человек простраивает сюжет. Танцевать можно хоть от грязной лужи.

Но когда танец продолжается "в грязной луже", то от такого танцора бегут подальше.

(Deleted comment)
Это плохо только для литераторов. Обществу все равно, каким образом получать то, что оно получало с литературы.

(Deleted comment)
более высокого качества, чем что? индийская или немецкая классическая философия?

(Deleted comment)
С точки зрения катарсиса кино захватывает больше народа. А умеющие читать могут читать и не худлит.

(Deleted comment)
Функционально вместо рецепции искусства в обществе могут стоять какие-то другие штуки. При прочих равных я бы вообще предпочел общество, сформированное не столь культурой, сколь низовыми цивилизационными навыками. А еще лучше - рефлексией.
А касания грешения худлитом - это еще мягко сказано. Так и что с того?

да просто по влиянию литературы и литераторов на жизнь, на умы, так сказать, на общество — в художественно-эстетическом плане формирования вкусов, идеалов и предпочтений, в идейном ли - можно сказать, что литература на порядок ослабла.

ну или давайте так: литература осталась на своём месте, а другие виды искусств и технологий передачи информации/образов скакнули вперёд. и доля литературного пирога заметно упала.

(Deleted comment)
ну я как бы и выражаю согласие)

(Deleted comment)
Ну, совсем-то не умрет. Слава Пелевину и великому Гарри Поттеру.

(Deleted comment)
Поттер большая удача, на мой вкус. Ну да о вкусах не спорят.

Уже были периоды в истории, когда роль литературы была весьма незначительной, а в деле воспитания и культуры первые роли играли архитектура и живопись.
Максимально влиятельной литература была в новейшее время и этот её золотой век не повторится никогда. Что особенно тяжело будет переноситься некоторыми гуманитариями в такой литературоцентричной стране как наша, потому что здесь воспитание и гуманитарное образование последние 200 лет базировались в основном на классической русской литературе, которая приобрела черты мессианства, не совсем подобающие светскому искусству.

Не просто золотой век, а до Новейшего времени никакой индустрии худлита и не было в нашем понимании.

Знаете, это может и печально, но мне как-то похер. Мне хватает той бездны литературы, что уже написана - читать - не перечитать. Есть у меня такое мнение, что большая часть литературы(не только современной, но и вообще всей) повторяет одни и те же истины, что-то принципиально новое придумать очень трудно, обязательно найдется тот, кто изложил это раньше. Что-то еще на языке вертится, потом может добавлю.

В общем, да, читателю хорошо. Достоевский все равно шибче.

А какие произведения писателей второй половины 20вв вы можете привести? Так чтобы это было гениально и чтобы хотелось читать второй и третий раз (или если не читать - то возвращаться к их мыслым).

Просто я как-то для себя закрыл этот вопрос - не вижу никого достойного многократного чтения. Последними из великих назвал бы Брехта и Германна Гессе. Есть одно-два исключению [пожалуй Том Стоппард, но это тоже до 80-ых в основном].
А дальше литература свернула либо на дорогу развлечения (нынешние бульварные романы) или на политический памфлет-каррикатуру (Пелевин тот же imho).

Литература перестала давать примеры жизни героев, где бы можно было сравнить свою жизнь с ними и понять, что может быть в итоге. Перестала быть рассказом.
Собственно и читателю стало не интересно все, не связанной с ним (а понять или открыть наличие такой связи - требует усилий).

Любой сборник рассказов Борхеса, например... И тот же Пелевин - допускает прочтение на многих уровнях. На первом - анекдот, на втором - политический анекдот, а на энном - метафизика. Если брать вообще культурно-философский бэкграунд автора, то какой-нибудь Ерофеев вообще, может быть, венец эволюции.

Дело, повторюсь, не в личной талантливости. Просто задач уже нет. Одно дело, написать хороший роман, другое дело - написать хороший роман впервые и задать саму форму романа. Все формы как бы уже созданы, и делать особо нечего.


я весьма неравнодушна к литературе, так что мои мысли по теме:

1)зато возрождается ораторское искусство. если вспомнить сорокинские большие социо-культурные циклы, сейчас у нас сменяется, кажется, чувственная культура идеациональной? и сменяются актуальные виды искусства

2) я не согласна, что в литературном процессе изменения к худшему. я думаю иначе. 100-150 лет назад 95% населения Российской Империи вообще ничего не читали, т.к. были неграмотны. Таким образом, аудитория увеличилась, ее качество упало.

3) категорически различала бы искусство слова и искусство текста. литература - художественные тексты.

4) потребность в тексте рождается из невроза, когда человек мыслит не только в рамках актуальных для него ситуаций, но и множеством фантазий, символов, образов - на месте вытесненных влечений. в современной культуре смещена зона вытеснения - от секса к агрессии - то есть все меньше "классического невроза", с которым как раз люди и любят выдуманные истории, и все больше нарциссизма, птср, легких психозов, с которыми люди любят танцевать, заниматься спортом, смотреть кино - занимать свой внутренний мир не текстом, а виртуальными событиями.

такие мысли

1). Если верить в сорокинские циклы, то от идеацианального все далее, на мой взгляд.

2). Горки сровнялись, зато ямки засыпались. Это да. Общая логика Модерна примерно такова, но, возможно, мы вступаем в новый этап. Постмодерн, где горки рассыпаются, а ямки углубляются.

3). Со словом в целом все лучше, о чем и речь.

4). Очень может быть, да.

  • 1