Служители беса и его отрицатели

------///------


    Приятельница работает на выборах, понятно, на кого и как именно. Мы с ней шутим, что она занимается чем-то вроде лайтового сатанизма. Спрашиваю, почем нынче бессмертная душа, есть ли у зла вкусные печеньки, скоро ли оно, зло, окончательно победит и ее отпустит в отпуск, и т.д.

    Девушка, конечно, не Чикатило, но в ее же собственных координатах – ситуативно мелкий служитель зла. Мелкого зла. Не Бафомета ублажает, а так, мелкого беса. И прекрасно рефлексирует это.

    Так вот, она – продолжает мне оставаться нормальным человеком (не героем, конечно, а кто тут герой?). Служащий «Сатане», но вполне сознаюший, чем занимается, сохраняет в моих глазах человеческое достоинство, договороспособность, разумность.

    Конченый скорее тот, кто считает, что «Сатаны» вовсе не существует. У всех, мол, своя правда. Правда Путина и правда Навального, правда Трампа и Байдена, Христа, Дракулы, упомянутого Чикатило. Не верите про Чикатило? Много лет назад одна прогрессивная девушка в молодежном центре дословно мне говорила, что каждый по-своему прав, каждого можно понять и простить.  Я, чтобы потроллить, спросил «и Чикатило тоже?». Девица не смутилось: «и он тоже». Вот такие девицы, образно  говоря, сейчас наследуют Землю.

    В трудные времена, говорят, рабочих мест мало, а все лучшие – по разнарядке от Вельзевула. Думаю, это еще простительный грех. Подписаться, как было у Пелевина, делать минет красным драконам и зеленым жабам. Хуже подписаться, что зла не существует. Вот это - другой вид. Со злодеем можно договориться, с этими никогда.

Универсальная объяснялка всего

------///------


    Гуманные борцы за все хорошее против всего плохого любят объяснять любую беду словами «больное общество». Кто-то несчастен – больное общество виновато. Преступность, войны, страдания – везде подсуетилось оно. Вот сейчас мне объяснили наличие людей с лишним весом тем, что у нас, конечно, больное общество.

    Можете за последние 6 тысяч лет, или сколько там существует Цивилизация, привести пример вполне здорового общества? Если нет, то само понятие «больное общество» как универсальная объяснялка всего и вся теряет смысл, становится прикрытием нежелания говорить какие-то конкретные и субъективно тяжкие вещи.

Большие успехи мелких грехов

------///------


    Почему новая этика все-таки глупость,  на примере бодипозитива.

    Да, важная оговорка: меня-то никто не заподозрит, что я атлет и эталонный красавец. Полноват, местами кругловат, обычно небрит-лохмат, сверкаю очками, короче – умеренно бодипозитивный русский интеллигент. Казалось бы, должен радоваться – мне сказали, что теперь я могу не париться, и так тоже можно.

    Так я и раньше не парился. Лишний вес я трактовал как умеренный недостаток, и черт бы с ним. Если для некой барышни это было бы критическим обстоятельством, это было бы критическим обстоятельством для меня – в отношении этой барышни. Друзьям и деловым партнерам – плевать тем более. А уж мама меня любого любит. Почти как я сам себя.

     Но, внимание, во всей этой апологии я нигде не сказал, что лишний вес – это хорошо и даже нормально. Это грех. В том смысле, что это ошибочная модель. Но до определенных медицинских пределов это легкий, простительный грех – настолько, что мне не было смысла возиться с ним и побеждать до конца (немножко все-таки побеждал). В умеренных пределах это можно умеренно скрывать, скажем, носить определенные рубашки, а другие не носить. В общем, это небольшое уродство, на которое приличные люди не обращают внимание. А вот позитивного – ничего тут нет.

    Разница с идеологией бодипозитива как бы ой. Если человек случайно пукнет, одно дело – не обратить на это внимание. Нормальные люди – не обратят. Другое дело начать пукать специально, проводить конкурс, кто громче, ввести это номинацией на конкурсах красоты, здороваться таким образом.  

     И вот так они во всем. Простительные грехи – тупость, не образованность, бедность, леность – поднимают до символики каких-то альтернативных достоинств.

Почему «безработица» это миф

------///------


     Популярен страх, что роботы заберут у людей работу, и хомо сапиенс пойдет голодать. Этим аргументируют, почему всем хомо надо положить безусловный доход, он же БОД. Попробую опровергнуть страх. Правда, кому-то мой заход покажется еще большим ужасом…

    Давайте сначала уточним, чего боятся. Что значит – нет работы? Это значит «нет приятной человеку работы, которую бы он хотел делать» или «нет ничего, что он мог бы делать за деньги»? Традиционно под «нет работы» понималось второе. То есть буквально: не на что жить, и нельзя ничего сделать. «Помираем с голоду».

    Доказательство нашей теоремы. Если ситуация именно такова, средний человек в ней, скорее всего, готов продать себя в рабство на гуманных условиях. По крайней мере, на протяжении мировой истории – обычно был согласен. Даже не продать, а отдать. Под рабством будем понимать не ужас-ужас, а недавнюю реальность, что-то между статусом крепостного до 1861 года или рабочего-крестьянина в строгом сталинском СССР. Даже улучшенную реальность, у нашего бедолаги было бы больше прав.

    Теперь мысленный эксперимент – найдутся ли желающие рабовладельцы? Условия: ты кормишь человека, одеваешь, даешь жилье, взамен используешь его рабсилу как хочешь. Можешь чему-то обучить, чтобы использовать получше. Разбирать на органы и мучить по приколу нельзя – все-таки какой-то Рабский Кодекс у нас будет. Но можно принуждать к тяжелой или неприятной работе, скажем, вахтовика, живой рекламы, какого-то объекта насмешек и т.д. Можно даже представить улучшенное рабство, когда часть заработанного  остается подшефному. Назовем эту модель красиво, чтоб люди не обижались, например, Улучшенное Социальное Партнерство, сокращенно УСПех.

    Гипотеза, что рабовладельцы всегда бы нашлись. При любом технологическом укладе предприимчивый человек найдет, как получить с эксплуатации другого больше, чем его содержание. Следовательно, каждый может и сам себя использовать таким образом. Мешает только гордыня. А если не может? Разрешаем рабство и решаем вопрос. 

Тест на святость

------///------


     К одному из аспектов святости: если все тайное про человека станет явным, ему это не повредит. Страшно представить, но да.

    Отсюда можно прикинуть и антипода. Там, кстати, будет не злодейский злодей, про него и так все в курсе. Скорее лицемер, ханжа, медийная персона и народный политик.

Три кита и составные части

------///------


  Есть вполне нормальные пункты картины мира, взятые по отдельности, но вместе – адский коктейль. Какой-то антропотип, который я даже боюсь представить.

  Например, ряд моих друзей-знакомых – верующие, даже воцерковленные. Прекрасные люди, никаких вопросов.

  Ряд знакомых – левых воззрений. Здесь бы я слегка побурчал, но в целом, конечно, не приговор. Я сам в нулевые занимался марксизмом-социализмом, и ничего, хвост не вырос. Некоторым, например, хрупким сексуальным филологиням, это даже идет. 

  Но вот если в графе религия стоит «православие», а в графе политических предпочтений «коммунизм», я бы уже напрягся. Большая вероятность, что на следующем повороте там святой красный царь Сталин, а вот это уже смущает. В разведку с такими боязно, образно говоря. И даже за пивом я бы предпочел прогуляться с кем-то другим.

   Но можно усилить треш. Если уж мы идем практически по анкете ВКонтакте, там есть пункт «главное в жизни». И там из всех вариантов надо выбрать – «власть и деньги».

  Нет, само по себе власть и деньги – оно прекрасно. Но я сейчас про коктейль. Значит, рецепт: православие + коммунизм + власть и деньги.

  Кто-то скажет, что таких химер и вовсе не существует. Ну как же не существует. У нас нечто подобное, извините, занимает место национальной идеологии. Долго искали и вот нашлось.

Классовое чутье: опыт деконструкции

------///------


    Есть у скептично воспринимающих вокеизм-прогрессизм прибаутки: кто по новой вере будет хуже, если поссорится негр и феминистка? Трансгендер и троцкист? Экоактивист и гей? 

    Прибаутки прибаутками, но у классового чутья будет довольно четкий алгоритм на каждый случай, с учетом дополнительных обстоятельств. 

    Например. Успешный афроамериканец снимается в кино, что-то продюссирует, открыл сеть ресторанов. Спит с секретаршей. Однажды секретарша понимает, что их пятый секс на пятой минуте был не вполне по согласию и требует компенсации миллион долларов. Вердикт общественного мнения, скорее всего: насильник должен ответить. Хорошо, если не посадят. Жизнь черных тут не будет иметь значения.

    Пример два. Феминистка, активистка и красавица владеет дизайнерским бюро, куча заказав, роскошный особняк. В него проникает с целью грабежа и возможного насилия безработный мигрант из Сомали. Женщина стреляет, убивает наповал. Общественное мнение: ай-ай-ай, убили негра. С фашисткой и убийцей разрывают контракты. Хорошо, если не посадят. Негру могут поставить памятник.

    Традиционная мораль, разумеется, решила бы иначе – в обоих случаях. Она смотрит, кто лучше. Под «лучше» понимается такая старая ретроградная штука, как «кто приносит обществу больше пользы в свободное от данного конфликта время?». И она всегда будет подсуживать в эту сторону. Вокеист – в обратную.

    По сути, это парадоксальная ситуация, когда ресентментные интенции людей, ненавидящих любые общественные устои производительного порядка, вдруг стали общественными устоями. Collapse )

Парадокс друзей народа

------///------

     Простейший способ для населения припасть к живительной силе капитала – скупать акции. Не хранить деньги в долларах, депозитах и побрякушках, как это принято. На дивиденды – докупать. Сложный процент и время творят чудеса. Работник той же российской нефтянки или металлургии на свою зарплату мог бы заиметь капитал, дающий пенсию раньше и больше, чем государственная.


    Вот почему бы социалистам и прочим друзьям народа не проповедовать именно это? Классово мирно, бескровно, все счастливы?  Понятно, почему – это уменьшило бы спрос на социалистов. 

Резать венчур до размеров хеджа

------///------


    Вот, кстати, крипта - вечный у меня конфликт между разумом и чувствами. Разумом всегда было понятно, что это прекрасная штука на часть портфеля. Это такой вселенский хайповый стартап с идеей "создадим новое золото на одних понтах, мечтах и жадности". И пока капитализация этой штуки была на порядки и в разы меньше, чем настоящего золота - стоило брать. Текущая реальность любит такие вот хайпы.

    Я и брал, первая покупка в 2014. Разуму надо верить. А чувствам всегда было с того противно, неуютно и боязно. "А вдруг кинут при покупке-продаже", "вдруг потеряю ключ", "вдруг придет государство" и т.д. Наконец, помимо данных почтенных, чисто шкурных соображений - общая нелюбовь к концепции. Смелость, конечно, города берет, но все же противно, когда новая стоимость на триллион долларов возникает вот так.

    В этом году потихоньку распродавал это счастье - приводя, значит, в гармонию разум и чувства. Чтобы осталось столько, сколько не больно. Чтобы венчур превратился в хедж. Даже самая странная рисковая штука может быть хеджирующим элементом портфеля - на странный рисковый сценарий.

Кто кому должен?

------///------


    Реплика из комментов в ответ на очередное «правительство обкрадывает». Надо ли оговориться, что я  не большой фанат любого правительства? Даже не либерал, а либертарианец – таким и Навальный кажется чудовищным этатистом, и симпатичен разве что с этической колокольни на фоне, а не с политической и по сути.

    Но вот насчет «воровать у народа» - с моей колокольни, это левый глюк. Большая часть населения России не производит на рынке ничего, за что бы на нем могли нормально платить (факт №1), но тем не менее население России живет лучше, чем когда-либо в своей истории (факт №2). Доноры тут только активные налогоплательщики, коих не так уж много - остальные реципиенты. В каком-то смысле у нас вполне социальное государство, содержащее, например, даже экономически бесполезных бюджетников, которых бы рынок выгнал контролером в троллейбус или просить подаяние. И они это чувствуют, голосуют за - зачастую вполне от чистого сердца.

    У того, кто ничего не делает или делает ничего, украсть невозможно. Скорее они в доле. Кстати, делать ничего – даже хуже, чем ничего не делать. А это почтенный промысел миллионов людей.